Воспитание миролюбия

Понятие “воспитание миролюбия” возникло к началу 70-х годов прошлого века в результате усилий, направленных на создание концепций воспитания, способных приблизить человечество к состоянию длительного мира.

Сначала воспитание миролюбия понималось, в основном, как формирование у учащихся только мирных политических установок и, в силу этого, предусматривалось, в первую очередь, для школьников старших классов. Размышления о возможности каких-либо целенаправленных действий в этом направлении с детьми дошкольного возраста осложнялись тем, что никому до сих пор не удавалось доказать, что поведение маленького ребенка и международная политика хоть как-то соотносятся между собой.

Поэтому, к сожалению, до сих пор нельзя еще точно сказать, что нужно делать родителям и воспитателям, чтобы поддерживать поведение ребенка, гарантирующее его миролюбивые наклонности, когда он станет взрослым. И это все, не говоря уже о том, что большинство людей в нашем обществе придерживаются, увы, совсем иных воззрений в области воспитании и политики мира, нежели те, кто разрабатывает идеи “воспитания миролюбия”. И все-таки вполне разумной кажется гипотеза, что развитие способности разрешать конфликтные ситуации без применения насилия могло бы быть основой воспитания миролюбия.

Почему же во время конфликтов между детьми так беспомощен призыв: “Относитесь друг к другу с терпением!”? Почему, вообще, дети бьют друг друга и как это связано с личностью воспитателя или родителей? Поскольку никто не станет приписывать другому, в том числе и ребенку, беспричинных действий, я хотел бы назвать две наиболее частые причины слепых агрессий и неспособности разрешать конфликты.

Во-первых, это боязнь быть травмированным, быть обиженным, подвергнуться нападению, получить повреждения. И чем сильнее агрессия, тем, вероятно, сильнее стоящий за ней страх. Этот страх может корениться в переживаниях, связанных с прошлыми травмами, которые при этом могут и не вспоминаться.

Во-вторых, это пережитая обида, или душевная травма, или же само нападение. Хотя формы проявления злости, вызванной обидой, очень сильно отличаются у разных детей, воспитателей и родителей, их все же необходимо рассматривать, с одной стороны, как следствие уникальной жизненной ситуации каждого человека.

С другой стороны, встает вопрос об общих рекомендациях по ослаблению страха и опасности нанесения травм, открывающих возможность для ребенка оптимально развиваться способности в совместной игре с родителями, группой и воспитателями, в том числе и способность совместно разрешать конфликты. Ибо тому, кто чересчур сосредоточен на собственных чувствах страха и злости, не остается места ни на что другое.

Но как ребенок оказывается в ситуации, в которой он испытывает страх или чувствует себя травмированным? Из многообразия всевозможных ситуаций я хотел бы выбрать те, в которых можно установить связь между возникновением страха или злости и социальными отношениями, показать глубокую взаимозависимость родителей и воспитателей, которые в большинстве своем недостаточно четко это осознают. Для этого я выберу ситуации, в которые можно очень хорошо вчувствоваться, — ситуации, в которых возникает страх быть или стать исключенным из группы и злость, вызываемая этим страхом.